Лабазник вязолистный или Таволга вязолистная



Сенокосная пора. Травы набрались целительной силы, потемнели от переизбытка сока, стена стеной поднялись. Пылят злаки, завязывают бутоны бобовые, раскидывают пышный ковер луговые самоцветы. Вот закосчик взмахнул легкой косой, вздрогнуло обрызганное росой разнотравье — и покос начат! Весело пройден первый проход. Визжат срезаемые травы, с хрустом падают в валки, вовсю входят в работу косари.
У луговой реки, блеснувшей в прогалине кустов, остановка. Надо же перевести дух, вон какой ряд отмахали! Солнечный ветерок доносит с набережья роскошный запах. Чуть-чуть истомный, сладкий и какой-то наособицу душистый. По западинам, где подолгу весной застаиваются полые воды, насколько хватает глаз, все подернулось кремовой кипенью метельчатых соцветий. С них-то и веет великолепным ароматом.
Распрощавшись с покосниками, подойдем вплотную к этим духовитым кустикам. Ростом они немногим более метра. Твердые ребристые стебли, снизу голые, кверху слегка затянуты войлочном, попадаются ветвящиеся и простые Листьев по всему стеблю много, нет их только на верхушке, ближе к соцветию. Каждый лист перисто-прерывист, с пятью и более пильчатыми листочками, конечный листик белее крупный. Вязолистной таволгу называют неспроста, ведь многопарные листочки ее наподобие вязовых: такие же по форме и жилкованию. Края зубчатые, несколько курчавятся. На ощупь плотные листочки кажутся толстыми, снизу они густо опушены волосками.
Таволга вязолистная (Filipendula ulmaria) известна у ботаников как лабазник. Второе научное имя помогает им избежать путаницы, которая долгое время наблюдалась в систематике этого растения. Дело в том, что таволгой называют еще спирею — декоративный кустарник, украшающий наши сады и скверы. Лабазник вязолистный и считали поначалу разновидностью спиреи. Но при более пристальном знакомстве оказалось, что хотя эти растения и относятся к одному семейству розовых, но родство их весьма далекое. Таволга вязолистная — многолетняя трава, спиреи же все до одной кустарники.
Род лабазниковых включает десять видов и среди них самый известный, самый оригинальный вид — наша таволга (лабазник вязолистный). Народные названия этого растения: белоголовник, бузовый цвет, бурьян, вязовая трава, жабячьи конопельки, мокрый малинник, медовник. Французы называют таволгу царицей лугов. Ее излюбленные места обитания: мокрые луга, травяные болота, закустаренные берега рек и ручьев, сырые перелески, вырубки.
Отрастает лабазник ранней весной. Постепенно набирает ветви, кустится и с середины июня зацветает Цветки мелкие, пятилепестные, белые или кремовые, собраны в крупную метелку. Цветение длится до конца лета, и все это время таволга источает несравненное благоухание. На склоне лета рослые кусты окончательно грубеют, меркнут, настает пора плодоношения. Плодики таволги, числом 10—12 штук, мелкие, односеменные, нераскрывающиеся, спирально-закрученные, к цветоложу прикрепляются выше своего основания.
В западных лесах по болотистым тенистым опушкам нередка встреча с лабазником обнаженным. От вязолистного он отличается немногим, разве что цветом листьев: они у него зеленые, так как с обеих сторон гладкие — без опушения.
А вот еще одна таволга — лабазник степной. Низкий, щетинистый стебель, листья кожистые, курчавые, с обеих сторон затканы мягким войлочном — типичное приспособление к выдерживанию сухости степного воздуха. Свыкся этот лабазник с суровым зноем степных суходолов и залежей, процветает себе там, где его влаголюбивые родственники не выживут и дня.
Таволга — неотъемлемое украшение русского ландшафта. Она одинакова кстати и возле заброшенного мельничного пруда и средь дикой растительности лесного понизовья. И хозяйственный прок от нее не мал. С цветущих лабазников пчелы собирают щедрый медовый взяток. Пасечники натирают душистой травой внутренние стенки ульев, чтоб дружней пчелы собирались. Листья таволги содержат ценный дубитель, который идет на получение черной краски.
В народной медицине чай из цветков таволги применяли как потогонное средство Отваром листьев лечились при кровотечениях и поносах. Сухим цветом присыпали обваренные места, избавлялись от насморка. Размятую таволгу прикладывали лошадям к воспаленным копытам - будто бы снимает боль. Трава эта, по-видимому, недаром в простонародье слыла за «сорокоприточник» — средством от сорока недугов.





По материалам журнала «Наука и жизнь» №01 за 1972 год